“После Великой Октябрьской революции именно на психоневрологических съездах прозвучали первые доклады советских психологов, выступавших за построение марксистской психологии: К.Н. Корнилов и В.М. Бехтерева (на I и II Всероссийских съездах по психоневрологии в 1923 и 1924 гг.); на II съезде впервые выступил Л.С. Выготский, поднявший голос против механистического выхолащивания из психологии психического образа.” Зейгарник “Патопсихология”.
Я отвыкла от таких текстов. “Он не смог отразить марксистские взгляды”, “не учел решений”. По Курту Левину прошлись, по Бехтереву. Заметила, что чем больше такой риторики, тем быстрее выключается мозг, и я перестаю понимать смысл. Мне приходится много читать по-английски, и зарубежные авторы придерживаются другой манеры общения с читателем. Они вовлекают читателя, помогают отслеживать ход мысли, используют дружелюбный язык. Текст “Патопсихологии” можно назвать недавно появившимся словом — монструозный. Сразу вспомнились университетские времена, когда штудировала отечественных лингвистов. В тех книгах можно было выбрасывать страницы, посвященные съездам и решениям партии в области языкознания и разоблачениям ограниченных иностранных исследователей. Жаль, что у нас все остановилось в 30-х, а у них — лингвистика, история психологии, психология обучения развивались ускоренными темпами без докладов на съездах. Думала о том, каково это было заниматься психологией в те времена. Достаточно ли было просто так писать, а делать то, что считаешь нужным? Верили ли исследователи в марксистскую психологию и в то, как легко и гармонично она прилагается к изучению мышления и поведения людей. А у вас есть книга, которая поразила или запомнилась? Как обходились с учебниками по истории, где тоже было много идеологии?